Цикл лекций «Бессмертие». Жизнь после жизни

Добрый день. Мы начинаем цикл лекций, посвящённых бессмертию, в рамках которого рассмотрим различные аспекты этой темы — точнее, поразмышляем о них. Попробуем понять, как бессмертие воспринималось древними, как оно осмысляется на практике сегодня и как в целом относиться к этой теме.

Сегодняшняя лекция носит скорее космогонический характер — мы будем говорить о бессмертии с точки зрения его принципов. В дальнейшем перейдём к практическим вопросам: возможно ли оно, невозможно ли и что это вообще такое. Хотя уже понимание космогонии бессмертия позволяет сделать определённые выводы.

Самое важное, с чего стоит начать: до определённого времени — по сути, в античную эпоху и частично в постантичный период, примерно до V века нашей эры — существовало реальное восприятие бессмертия. Оно не ставилось под сомнение с позиции веры или неверия, а воспринималось как факт. Этот факт опирался на историческую память, на определённый опыт, на различные свидетельства и даже артефакты, связанные с бессмертием.

Причём понимание бессмертия можно расширить, если рассматривать его, например, с позиции мумификации — как формы сохранения.

В центре этого вопроса стоит идея жизни после жизни. Хотя формулировка не совсем точна, ведь жизнью мы называем то, что проживаем сейчас.

Интересно, что с того момента, как люди начали умирать, то, что мы сегодня называем жизнью, в древности стали называть смертью. А под жизнью понималось нечто иное — вечность или вечная жизнь. Это состояние, не ограниченное временем и сознанием, где существование личности и души не разделялось, а представляло собой единое целое.

Сегодня же человек либо принимает на веру существование души, либо нет, но в любом случае эти понятия разделены. А значит, он не способен слиться с высшей природой — той, которая и сформировала его душу.

 

Важно отметить, что природа души в древности определялась иначе — она соотносилась прежде всего с небесным началом, а не с земным.

Существовал период, когда воспринималась некая константа — то, что не было создано и не было рождённым. На это, кстати, указывал Платон, говоря о времени, когда существа существовали вне конечных временных пределов, в двух функциях: восприятия и оперирования. Всё определялось иным принципом.

Если обратиться к зороастризм, можно увидеть один из важнейших ключей к пониманию бессмертия. Это учение строилось на связи со светом — лучами, эманацией, излучением.

В современном понимании мы сначала развиваемся, достигаем определённых состояний и лишь затем учимся взаимодействовать со светом. В древности же всё было наоборот: сначала человек находился во взаимодействии со светом, а уже потом задавался вопросом, что с этим делать.

Был период, когда мир не имел материального выражения в привычном нам смысле. Природа существования — скорее природа высшего сознания — не нуждалась в плотной оболочке. Если оболочка и была, то удерживалась внутренним усилием души.

Так, по сути, устроен и космос: внутреннее усилие формирует вокруг себя энергию, а затем и тело. Это и был первичный этап — состояние, которое сегодня можно назвать совершенным или эмбриональным.

Понятие эмбриональности здесь крайне важно: это непрерывное зарождение энергии. Человек в этом смысле — как вечный источник, порождающий энергию снова и снова.

Именно эта идея легла в основу алхимии: создать внутри себя такой «эмбрион» — силу, способную формировать тело. Речь идёт о духовном теле как основе, вокруг которой выстраивается всё остальное.

Даже когда материальная оболочка усилилась, плотность возросла, а светимость уменьшилась, духовное состояние ещё долгое время преобладало над физическим.

Судя по античным источникам, примерно в период от 5000 до 3000 лет до нашей эры существовали такие формы жизни, хотя они уже сосуществовали с более плотной физической реальностью.

При этом сохранялось представление о том, что существует созданное, но не имеющее завершения — не подверженное гибели.

Это важный момент: вечность как таковая недостижима для прямого восприятия, но мы можем опереться на то, что способны создать. Мы не можем «ухватиться» за абсолютную константу, но можем работать с тем, что поддаётся формированию.

В зороастрийской традиции это выражено через понятие высшей светимости и сознания — через принцип, который формирует природу души. В частности, через представление об Ашe — изначальном порядке и сознании, структурирующем бытие.

В древности душа не рассматривалась отдельно от сознания. Сознание выполняло функцию формирования и «выращивания» души, настраиваясь на соответствующие частоты макрокосмоса и привнося их в тело.

Это состояние можно назвать гармоничным соединением сознания и души — процессом, который был естественным, поскольку небо не было отделено от человека.

Человек не был привязан к грубой материальности, он был связан со своей душой, а душа одновременно существовала и в земном, и в небесном измерении.

Именно это давало ощущение бесконечности времени — времени, которое, как считалось, делилось на двенадцать условных отрезков, отражающих структуру бытия.

В переводах часто говорится, что каждый из этих отрезков равен 12 000 лет. Но в действительности речь идёт не о количественном времени, а о виде преобразования. Это не измеряемое время, а самопорождающееся.

Можно говорить о двенадцати видах самопорождения — двенадцати видах времени. Одни из них возникают сами, другие существуют как временные. Подобно тому, как у нас есть обычное, линейное время и может существовать «вневременное» — если человек переходит в иную функцию существования.

Таким образом, сама природа самопорождения и самореализации имела временной аспект, но не в привычном смысле. Это не означает «два года» или «три года». Существует понятие алхимического времени.

Когда спрашивают: «За сколько можно достичь бессмертия?» — иногда отвечают: «За восемь лет». Но речь идёт не о календарных восьми годах, а об усилии, вложенном в этот период. Без этого усилия время ничего не даёт.

Пока не сформировались так называемые шесть низших и шесть высших уровней существования (в зороастрийской традиции — семь высших), всё было едино. Человек был частью космоса и принадлежал небу, сознанию, которое и послало сюда существа для формирования мира, людей и самой Земли.

Изначально человек продолжал жить в высшей эманации — до момента разрыва.

Этот переход символически отражён в мифе об Осирисе. Осирис проходит через смерть, чтобы существовать в иной реальности. Его путь включает три состояния: изначальное существование, переход и третье — уже вне прежнего небесного сознания.

С этим связан и образ Гор — символ нового сознания, которое необходимо развивать.

Те же, кто продолжал существовать в изменившихся условиях, получили иное значение. Важной фигурой становится Митра — проявление света, способного его поглощать.

И здесь проявляется ключевая проблема: изменившееся сознание утратило способность поглощать светимость.

Почему это важно? Потому что в высших состояниях сознание питается исключительно светом. В нашем состоянии оно этого не умеет и даже не понимает, как это возможно, хотя потенциал сохраняется.

Изначально существование было свободно от телесности. Но постепенно оно стало зависеть от тела, которое сначала выполняло защитную функцию — своего рода каркас для души.

Отсюда возникает идея мумификации. Она не только физическая, но и принципиальная: сохранить, законсервировать душу, чтобы она не подвергалась изменениям.

Само тело можно рассматривать как форму мумификации. Быть человеком — значит быть в определённой степени «законсервированным» в материи.

Но важно понимать: это касается не только тела, но и состояния поведения. Ранее существа могли перемещаться на любые расстояния, находиться в разных точках, обладать знанием и свободой перемещения.

Затем возникли полутелесные формы, которые ещё сохраняли способность к перемещению и даже полёту. Это отражено в культурах, например, Центральной и Южной Америки, где сохранились предания о «летающих людях».

С изменением условий изменилась и сама плотность мира. Например, вес объектов воспринимался иначе — это связано с изменением свойств пространства.

В те времена существовали не только люди, но и духи, кристаллы, растения и животные в иной форме — как проявления эманации. Они были самодостаточны и не требовали замкнутости на внешних полях.

Постепенно грубая энергия привела к формированию времени, в котором появляется смерть: всё, что возникает, начинает погибать.

Это не воспринималось как нечто негативное. Это считалось этапом творения и преобразования, через который необходимо пройти, чтобы выработать свет уже с усилием.

Возникает закономерный вопрос: если раньше человек обладал более высокими возможностями, то в чём же развитие?

Ответ в том, что в человеке заложены разные уровни потенциала. Если говорить образно, в ДНК содержатся «файлы»: высшие и низшие.

Низшие позволяют нам жить здесь, в материальном мире. Высшие — требуют развития.

Человека можно сравнить с ракетой: на определённом этапе он должен «отбросить» низшие функции и развить высшие, чтобы выйти за пределы текущего уровня существования.

В этом и заключается уникальность человеческой жизни. В рамках нашей системы это особая функция: сочетание материального и потенциально трансцендентного.

Однако не все традиции согласны с таким подходом. В частности, в даосской традиции существуют иные взгляды на этот процесс, которые предлагают альтернативное понимание пути.

Под «даосами» здесь важно понимать не только Китай как географию, а более широкое пространство традиций и практик. К ним можно отнести разные культуры и народы, в том числе, например, кочевые или центральноазиатские линии, где также достигались состояния глубокого внутреннего преобразования. Причём зачастую это происходило уже в более поздние исторические периоды.

Интересен ранний процесс, связанный с образом Гайомарта — первочеловека в зороастрийской традиции. Гайомарт символизирует существо, которое как бы «оставляет» тело: дух максимально совершенствуется, а затем освобождается от телесной оболочки. Это принципиально отличается от современного состояния, где человек, наоборот, утрачивает связь с душой.

При этом высокомолекулярные структуры, присутствующие в нас, продолжают существовать независимо от того, осознаём мы их или нет. Они подобны космическим структурам: наши межклеточные связи отражают более высокие формы организации. Эти соединения внутри нас резонируют с аналогичными структурами на макрокосмическом уровне.

Если говорить образно, то пространство, в котором мы живём, тоже имеет свою «ДНК». У человека есть собственная ДНК, но и среда, культура, даже цивилизация обладают своей структурой. Именно поэтому люди формируются по-разному: в разных культурах возникают разные типы ментальности.

В основе этого лежит ментальность как таковая — она формирует способ восприятия и действия.

Ключевой момент здесь — понятие «спектральности». Сложная клетка обладает спектральной природой: она способна не только излучать свет, но и поглощать его. Именно такая двойственная способность характерна для высших форм существования — как в макрокосмосе, так и в тех состояниях, которые продолжаются после жизни.

Идея жизни после жизни, если рассматривать её через призму светимости, проявляется и в культурах Мезоамерики. У Майя можно найти представления о существах, способных существовать в тонких, «астральных» формах и при необходимости материализоваться. Это отражает идею сознания, способного управлять формой проявления.

В этом контексте можно вспомнить и современные наблюдения космических объектов — то, что называют НЛО: они появляются и исчезают, как будто реагируя на уровень восприятия. Это указывает на связь формы и сознания.

Древние культуры ориентировались на высшие уровни — на «верхние поля» существования. Это проявлялось в архитектуре, символике и общем стремлении к восхождению.

Современная наука также косвенно подтверждает многообразие уровней существования: обнаружены тысячи экзопланет за пределами нашей системы. Но для древних это не было открытием — это было частью мировосприятия.

Если обратиться к древнеегипетской традиции, то то, что мы называем Солнечной системой, воспринималось как «Древнее царство» — лишь часть более обширной реальности.

Существует представление, что раньше мир функционировал в четырёхмерном измерении, а сейчас — в трёхмерном. Отсюда и представление о «плоской Земле» в древности: это было не ошибкой, а отражением другого способа восприятия функций пространства.

В трёхмерной системе уровни существования разделены — условно можно говорить о тринадцати уровнях или условиях, необходимых для выхода за пределы статичности. Если человек остаётся статичным, знание о других уровнях не даёт ему ничего.

Ключ — в способности к преобразованию. Когда человек изменяет себя, он создаёт новое «свечение» — новую форму энергии. Но проблема в том, что мы не умеем её усваивать.

Например, состояние возбуждения: энергия возникает, но человек не умеет её преобразовать и удержать. В результате она уходит во внешнее пространство, вместо того чтобы стать внутренним ресурсом.

Аналогично устроен и космос. Его можно условно разделить на «горячий» и «холодный».

Горячий — излучает, холодный — поглощает и трансформирует.

Это напоминает древние представления о двух принципах: излучающем и воспринимающем. Но изначально они не были разделены — это были две стороны одного процесса.

Отсюда мы подходим к идее сложной молекулы — или, шире, к принципу аминокислот. Именно такие структуры способны преобразовывать и создавать новые соединения.

То же самое происходит в космосе и в человеке. Мозг построен из сложных молекул, и именно они являются основой его работы. Низшие структуры распадаются, а более сложные способны к устойчивому существованию и преобразованию.

В этом смысле человек связан с высшими формами существования через структуру своего мозга.

И в итоге всё сводится к одному: к работе мозга.

Даже структура ДНК — это спираль, универсальный принцип движения. Две линии, закрученные вокруг оси, — это основа как микрокосма, так и макрокосма. Космос сам по себе можно рассматривать как гигантскую спираль.

Но проблема в том, что мы не чувствуем эту спираль внутри себя.

Чтобы понять устройство космоса, необходимо понять, как функционирует ДНК внутри нас.

Причём существует не только личная ДНК, но и «коллективная» — культурная, и даже космическая. Различие между ними — в скорости и характере вращения вокруг оси.

И здесь возникает ключевой момент: ДНК не может существовать без оси.

Если человек не умеет поддерживать эту внутреннюю ось, структура ослабевает. И вместе с этим ослабевает связь с более высокими уровнями существования.

Таким образом, ДНК можно рассматривать как полимерную структуру, состоящую из повторяющихся элементов, но её функция не сводится только к биологическому воспроизводству. Важно, чтобы эта функция не нарушалась, поскольку от неё зависит характер репликации клеток.

При этом возможны разные сценарии репликации, и от нас зависит, какой из них мы активируем. Если человек не развивает мозг и не усиливает сознание, то воспроизводство высших клеток начинает зависеть от низших. В таком случае усиливается именно их репликация.

Если высшие формы не развиваются, со временем они утрачивают способность воспроизводиться в нужном объёме. Функция как потенциал остаётся, но сама реализация исчезает. В итоге эти структуры как бы «уходят», и внешне это выглядит как смерть человека.

В этом смысле душа не уничтожается — она просто покидает тело, если больше не может в нём существовать. Далее продолжается процесс существования вне телесной формы.

Если душа обладает достаточной силой, она как бы «выбирает» продолжение вне данного уровня. Это соответствует представлению о существовании вне временных ограничений, где функции проявляются не только внутри нас, но и вокруг, и выше нас.

Отсюда возникает важный вопрос: можно ли сознательно перейти в такие состояния? В различных культурах предпринимались попытки этого — например, у Майя существовали представления о переходе в более высокие поля существования.

Однако здесь важно понимать: для такого перехода необходимо изменить саму природу существования. Без этого попытка «перейти» приведёт к разрушению физического тела.

Интересный момент: даже если тело не выдерживает, структура ДНК как носитель информации может сохраняться. Это подводит к ключевой идее — важно не просто жить, а понимать саму функцию существования.

Сначала существует само бытие, а уже затем — его функции. И эти функции определяются силой сознания. Если сознание недостаточно развито, человек не реализует ни функцию, ни само существование в полном смысле.

В этом смысле даже животное, сохраняющее свою природную гармонию, может быть более целостным, чем человек, утративший связь со своей природой.

Отсюда вытекает ещё один важный аспект: способность восприятия. Когда человек концентрируется на молекуле, атоме или более тонких структурах, он проявляет высшую форму сознательного усилия.

Если мы способны воспринимать молекулы внутри себя, значит, и сами молекулы способны воспринимать сознание. Таким образом, функции существования сходятся: микрокосм и макрокосм отражают друг друга.

Это соответствует древнему представлению о единстве структуры: то, что существует в человеке, существует и в космосе.

Отсюда возникает идея изменения ДНК как изменения самой схемы существования. Теоретически это означает возможность перехода в иные условия — но при этом необходимо учитывать наличие не только индивидуальной, но и коллективной структуры.

Человек связан с пространством, в котором живёт, и его ДНК адаптировано к этим условиям. Поэтому вопрос не только в изменении, но и в освобождении от низших форм функционирования.

Исторически можно наблюдать, как разные цивилизации пытались двигаться в этом направлении. Например, у Инки существовали практики, связанные с восприятием солнечной энергии, а у кхмерских традиций — с взаимодействием со звёздными системами.

Важно понимать, что речь идёт не о физическом Солнце в привычном смысле, а о светимости как принципе. Светимость может приходить через разные каналы — например, через определённые созвездия, такие как Южный Крест, который, по представлениям, мог изменять вибрацию сознания и позволять воспринимать более тонкую энергию.

Таким образом, светимость — это универсальный принцип, не привязанный к одному источнику.

При этом ДНК остаётся динамической системой: при общей структуре её сущность может изменяться, если не нарушается сама основа. Аналогично и в космосе: одни структуры могут влиять на другие, перестраивая их.

Вопрос лишь в том, какая система или «поле» примет наше существование и сможет ли оно соответствовать этим условиям.

Современному человеку это может казаться далёким или неактуальным, поскольку его интересы связаны с повседневной жизнью. Однако важно понимать, что в прошлом люди существовали вне многих привычных нам ограничений.

Например, процессы, которые сегодня связываются с биологией, ранее могли происходить иначе — вплоть до представлений о самопорождении. Свет рассматривался как источник формирования не только энергии, но и самой материи.

Позднее структура жизни изменилась, и возникла необходимость в осознанной работе с этими процессами. Именно тогда особую роль приобрело сознание как инструмент формирования.

Интересно, что в древних представлениях сознание могло «конденсировать» определённые структуры — вплоть до образования веществ, аналогичных алхимическим. Например, идея «золота в теле» связана не с металлом как таковым, а с уровнем светимости и потенциала преобразования.

В конечном итоге всё сводится к уровню восприятия. Человек опирается на то, что способен понять и почувствовать, но далеко не у каждого хватает ресурса даже обратить внимание на более глубокие аспекты своего существования.

Идея жизни после жизни — один из древнейших мотивов, отражённый, например, в Эпос о Гильгамеше. Этот поиск бессмертия сопровождает человечество на протяжении всей истории.

Однако по отношению к космосу этот процесс остаётся в определённом смысле статичным — как вечное стремление к пониманию.

И, завершая, важно отметить: в древности люди изначально не жили по закону смерти. Позднее они начали жить в этих условиях, но сама смерть не воспринималась как нечто негативное.

Она рассматривалась как этап преобразования, как возможность преодоления, позволяющая перейти к состоянию бессмертия.

На этом мы завершаем. В дальнейшем перейдём к более практическому пониманию этого вопроса.