Символ совершенства

Символ совершенства Подписаться на канал «Perfect One» в Telegram

Автор: Шри Чола

Символ совершенства — это геометрия и анатомия пути. Он выражает понимание, основанное на ощущениях и чувственном восприятии, но не как обоснование для суждения, а как обозначение того, что символ сам по себе есть одухотворенный компонент развития.

Символ совершенства есть обоснование глубинного. Чтобы воспринять форму познания, важно научиться воспринимать разные природы действительности, где разумность уравнивается с чувственностью и обретает форму переживания. То есть это процесс совершенствования, где рациональное воздействует на иррациональное, а иррациональное — на рациональное.

Этот особый принцип познания мы одновременно относим к чувственному и разумному, причем задача чувственного — не следовать за разумным (то есть реагировать), а наполнять его. Это особая форма представления знания, ведущая к материализации представленного. Этот уровень познания учит воспринимать в первую очередь иррациональные отделы мозга, важные для понимания природы знаков, символов и геометрии, то есть отделы, которые формируют высшие сознательные клетки, но которые наши низшие клетки не могут обработать.

Вопрос достоверности любого знания лежит в возможности удостовериться, то есть не в согласии и несогласии, а в искусстве понимать любую дисциплину с позиции построения, структуры, функционирования и, конечно, развития. И чтобы удостовериться в высшем, надо научиться его пакетировать, что и предопределяет понятие символа. Вовлекаться в познание — значит взаимодействовать с познаваемым, а не познанным. Для совершенства нет познанного, есть только познаваемое, так как мы не ограничены, а вернее, не должны ограничивать себя проникновением в знания. Как, собственно, и в искусстве взаимодействия с непознанными и непонятным мы опираемся на освоение себя в непознанном.

Состояние современного общества не позволяет учитывать отношение «субъект-объект» и, следовательно, не создает условий для многофункционального изучения, тем самым ограничивая не только наши иррациональные возможности, но и рациональные. Каждой практике предшествует идея практики, что уже делает практику символом развития задолго до того, как она становится объектом познания. И только после того, как практика из идеи практики становится реальной практикой, она из производного становится тем изначальным, где содержание ощущения переходит в содержание опыта.

Самое сложное в понимании этого (и даже вульгарное) — так называемый здравый смысл, то есть условность, ограничивающаяся не только общим обозначением в разумности, но и персональным. Ведь наше персональное часто пользуется предпосылками знаний, то есть информацией, что уже формирует невозможность адекватно познавать практику, использующую в своем познании трансцендентальное.

Сколько бы мы ни говорили о ложности иррационального, определяя его как ложное, мы сами становимся иррациональны, так как наделяем фантазией созерцательное. А созерцательное — это усилие, которое может измерить только тот, кто осваивает природу созерцания.

Основная проблема познания — это неумение находиться в познании, в чувственном и рациональном восприятии материала, что и определяется символом совершенства.

Другие разделы